Арт

«Никаких сожалений по поводу отсутствия спонсорства у нас нет»: Иван Горшков рассказывает, как перезапускается ВЦСИ

«Никаких сожалений по поводу отсутствия спонсорства у нас нет»: Иван Горшков рассказывает, как перезапускается ВЦСИ
Выяснили, что нового будет в ВЦСИ.
Четвертого ноября снова открывается выставочная площадь ВЦСИ. О том, что происходило в центре современного искусства во время закрытия, и что ждет желающих приобщиться к работам деятелей современной культуры в новом сезоне, рассказал директор ВЦСИ Иван Горшков.
 
 

Иван Горшков

Директор Воронежского Центра Современного искусства. Художник. Занимается развитием среды для развития искусства в Воронеже.

 

— Ваня, расскажи, пожалуйста, как и почему закрылась выставочная площадка ВЦСИ?

— Был налицо какой-то кризис — как-то все закисло. Пару лет мы проработали в выставочно формате. Нам это поднадоело, ослаб интерес — выставка за выставкой, все одно и то же. И чтобы взбодриться, мы решили попробовать такой андеграундный формат и устроили здесь мастерские молодых художников. В то же время оставили один зал для выставок. Это было затеяно, чтобы привлечь внимание аудитории и показать, что мы в такой неформальной, богемной обстановке и чтобы у художников сразу была возможность поделиться своим творчеством. Да, практически не было смотрителя, был режим однодневных вернисажей. Мы решили, что лучше меньше, но чаще. Зритель — это все-таки вложения, которые мы не могли позволить себе, и постоянно открытые двери, что тоже неудобно так как это мешало бы работе художников в своих мастерских.
 

— Как ты пришел к тому, что нужно создать мастерские прямо в ВЦСИ?

— Мне пришла в голову мысль, что чтобы изменить творческую составляющую города, нужно вкладывать силы именно в художников. Потому что художники — заинтересованные люди. Они сами двигатели. Если ты поможешь им, то ситуация изменится сама собой. Потому что зритель может в определенный момент просто пропасть, если видит одно и то же. И — самое главное — результат был. У нас появились новые художники. По крайней мере, молодые люди, которые хотели бы ими стать и учиться этому.

— И почему получилось продержаться так всего год?

— Ну кто-то уехал в другой город, кто-то перебрался в другую мастерскую, у кого-то изменились планы. Но самое главное, что к нам пришло понимание того, что нужно выбраться обратно в информационное поле, потому что из-за нашего андеграундного проекта мы ушли в тину закрытости и, видимо, какой-то недружелюбности. Стало ясно, что что-то происходит не так, как-то мы неправильно живем. И в общем решили все поменять местами: оставить в одной комнате шоу-рум, где можно было бы зайти в гости к художникам, посмотреть за процессом их работы, выпить с ними чаю, а в трех комнатах опять сделать выставочную площадку и наладить непрерывную постоянную хорошую художественную деятельность.
 

— Что происходит с ВЦСИ сейчас? Есть ли какая-нибудь образовательная программа?

— Образовательной программы как таковой сейчас нет. У нас скорее действует образовательно-просветительская функция. То есть к нам могут прийти люди, попросить совета, помощи. Для этого художник должен прийти, показать свои работы, и мы укажем ему, куда ему нужно стремиться, что изменить. Была одна странная ситуация, которая показывает, что художники делятся на две категории: те, кто хочет творить и те, кто хочет безо всяких усилий стать известным. Когда я работал в галерее ХЛАМ, часто приходили молодые люди и просили помочь в организации выставки. Как-то раз пришли двое молодых людей с такой просьбой. Я говорю: «Покажите, что у вас есть, мы посмотрим, обсудим, что к чему». На что они ответили: «А, работы? Ну они у нас не совсем готовы, вернее не готовы, вернее мы вообще никогда в жизни ни одной работы не сделали». Ну как бы тут я смог только плечами пожать. Нужно же творить, экспериментировать, где же муки творчества, поиск истины, вдохновение и все дела.

 

«Мы стремились к цели быть более живой, молодой, экспериментальной площадкой, на которой появляется такое обсуждаемое искусство«

— А что ждет посетителей после перезапуска?

— В принципе, никаких колоссальных нововведений не будет. Просто более такой уверенный, немножечко музейный формат. Мы изначально представляли ВЦСИ как пространство для молодого искусства, для эксперимента. И тогда, когда ВЦСИ еще только появлялся, активно обсуждался опыт культурной революции Марата Гельмана: он начал привозил в Пермь разных звезд высокого уровня в сфере искусства. И пермяки начали осуждать это — якобы Гельман что-то навязывает. Мы тогда решили, что не будем возить звезд музейного уровня, что это не наше предназначение. Мы стремились к цели быть более живой, молодой, экспериментальной площадкой, на которой появляется такое обсуждаемое искусство. Решили сделать донейшн-режим. То есть вход будет свободный, но за настоятельно рекомендуемое пожертвование. Это такая позиция скорее принципиальная — здесь у нас пространство некоммерческое, независимое, самоорганизованное, и мы хотели бы как-то апеллировать к этой культуре сознательности, соучастия, взаимоподдержки и акцентировать внимание, что это не бизнес проект. Мы работаем без спонсоров, без заказа с какой-то стороны, делаем все на свое профессиональное усмотрение и содержим все это тоже на свои деньги. И весь донейшн пойдет на организацию следующей выставки. То есть, если она вам нужна, то купите билет. Не думаю, что это кого-то будет смущать, наоборот, в былые времена многие удивлялись, что бесплатный вход — это какое-то недоразумение.

— Есть ли уже какая-нибудь программа на ближайшее время?

— Да, у нас есть программа на целый сезон, но пока еще нет конкретных чисел, потому что художники немножечко плавают по срокам. Сейчас есть план где-то до января: сначала будет моя выставка, потом Сергея Сапожникова, Янины Черных — где-то под Новый Год, далее Алисы Йоффе, Александра Веревкина. Я думаю, будет интересно, и сейчас наша задача, чтобы все жители Воронежа уяснили, что наши двери открыты, так что welcome.

«Никаких сожалений по поводу отсутствия спонсорства у нас нет сейчас, а даже наоборот — никто не дает никаких рамок, никто не указывает, где какой-нибудь банер повесить или какую машину у входа поставить»

— Я знаю, что вы работаете без какого-либо финансирования. Такая ли это проблема, как кажется на первый взгляд?

— Мы уже много ныли, жаловались, что у нас нет спонсорства, а теперь как-то осознали, что это реально круто. Ходишь такой в Москве в разные центры искусства, начинаешь разговор с кем-то из организаторов, и такой: «Мда, ну а мы вообще-то все сами сделали», и все такие: «Ваау, вот это вы молотки». В общем никаких сожалений по поводу отсутствия спонсорства у нас нет сейчас, а даже наоборот — никто не дает никаких рамок, никто не указывает, где какой-нибудь банер повесить или какую машину у входа поставить.

— Расскажи про аудиторию ВЦСИ. Бывают ли такие люди, которые могут не понять современное искусство?

— Бывает, что и я не понимаю современного искусства. Это дело субъективное. Но были случаи, когда приходил агрессивно настроенный человек, который не похож на того, кто что-то в этом понимает. А потом руку жмет, говорит, что все понравилось. Ну как-то он по-своему, на эмоциональном уровне оценил работы. Ну конечно же я думаю, что главная наша целевая аудитория — это молодые люди, которые так или иначе связаны с культурой или просто интересуются. Так сложилось, что молодежь больше в этом заинтересована, так как она более прогрессивна, чувствует тренды, стремится быть в духе времени. Аудитория постарше, как правило, настроена консервативно.

 — А что насчет воронежского зрителя?

— Я считаю, что обстановка в Воронеже ощутимо изменилась с 2009 года. Увеличились запросы на современную культуру. На это повлияло множество фестивалей, проводимых в городе: Платоновский, фестиваль Чернозем, наша деятельность, галерея ХЛАМ.
 

— В новом сезоне абсолютно все желающие смогут посетить выставки?

— Да, для посетителей, естественно, мы открыты в рабочие часы. Но, что касается вернисажей, мы хотели бы попробовать сделать их в этом сезоне по приглашениям. Да, они будут закрытыми, но не из желания нагнать пафоса или чопорности, а скорее чтобы просто сделать это важным событием, на котором будут присутствовать лидеры мнений, которые могли бы высказаться перед прессой. В Воронеже культурное пространство не очень большое, и хотелось бы, чтобы происходил более тесный диалог между людьми, чье мнение было бы интересно нашим посетителям.

«Какая раньше была перспектива? Хочешь заниматься искусством — езжай в Москву. И нам захотелось попробовать сделать свою региональную движуху»

— Какие цели у тебя как у художника и директора ВЦСИ?

— Моя цель и мечта юношеских времен - создать в Воронеже комфортную среду для развития искусства. Хотелось создать свою арт-систему. Какая раньше была перспектива? Хочешь заниматься искусством — езжай в Москву. И нам захотелось попробовать, как в общем-то не нам одним в десятых годах, сделать свою региональную движуху. В то время, из-за множества региональных творческих объединений, в государственной премии инноваций в области современного искусства появилась номинация «региональный проект». Но вскоре все заговорили, что это премия не очень-то нужна, потому что региональные проекты уже не нуждаются в снисходительном отношении, они стали восприниматься на одном уровне с московскими. То есть нашей миссией было создать именно эту региональную движуху, с чем, я считаю, мы неплохо справились.

Титульная: Сергей Горшков, Арт Москва, 2012.
Фотографии с выставок: Иван Горшков, «Instant bliss», 2013, Каменная поступь рассвета, 2014.

3626
Дорогая редакция
3 ноября, 09:21

Поделиться: