Жизнь

Воскресное чтиво: Утро Джулиана Эссанжа

Воскресное чтиво: Утро Джулиана Эссанжа
Про ершалаимский храм, честность в политике, Джулиана Эссанжа и Навального (в контексте).

Одним ранним утром Джулиан Эссанж обнаружил себя в лондонской КПЗ. Головная боль молотом примяла его к комфортабельным английским нарам, во рту держался вкус вчерашнего веселья, о котором уже ничего более не напоминало, в камере будто бы ещё витал запах розового масла, поднявший на поверхность памяти Эссанжа несколько фрагментов сегодняшнего его сна.

Белый плащ, кровавый подбой, шаркающая кавалерийская походка прокуратора вдалеке, двое легионеров рядом, сдавленный чем-то голос, повелевший привести подследственного из Галелеи. Ну вот, притащили.
Прокуратор тихо спросил по-арамейски:
— Так это ты подговаривал народ разрушить ершалаимский храм?
«Ничего не понимаю, — подумал Эссанж, — я же всего лишь опубликовал депеши».
— Я?! Честный человек, поверь мне...
— Это меня ты называешь честным человеком? Ты ошибаешься. Ты выкинул на улицу кота, когда был в прошлый раз в Великобритании? Ты состоял в порочной связи с Анной Ардин? Это ты собирался разрушить здание храма и призывал к этому народ? Ты прежде всех сроков нажал кнопку «перезагрузка», так тщательно подготавливаемую Штатами для России? Со всех сторон света стекаются слухи, что ты нечист! Отвечай!
— Я, игемон, говорил о том, что рухнет храм старой политики и создастся новый храм истины.
— Зачем же ты, бродяга, на базаре смущал народ, рассказывая про истину, о которой ты не имеешь представления? Что такое истина?
«Брр, — Эссанж снова сидел в камере и морщился от головной боли, — что же я натворил?»

 

«Со времён Понтия Пилата на просторах империй ничего не изменилось».

Скрипнул замок. Открылась дверь. В камеру пожаловала Дженнифер Робинсон, адвокат Эссанжа.
— Я здесь из-за Викиликс? Я всего лишь хотел предостеречь политиков от лжи! Если бы саудовский король знал, что его антииранский выпад станет известным, он бы сказал то, что хочет его народ, а именно: не трогайте Иран. Если бы русский олигарх знал, что его эскапады станут достоянием общественности, он вёл бы себя скромнее. Дженнифер, что такое истина?

— Вообще, в Швеции тебе инкриминируется изнасилование и сексуальные домогательства. Здесь, в Великобритании, тебя ожидала бы статья за жестокое обращение с животными, в России — универсальная 282 и подброшенный поддельный паспорт. Но фактически — да, из-за Викиликс.

«Ух, вот почему голова так болит, — подумал Джулиан. — Только ведь, помнится, Анна была в хорошем расположении духа после и утром даже сварила мне кофе».
— Истина в том, — продолжила Дженнифер, — что мир не готов её принимать. Со времён Понтия Пилата на просторах империй ничего не изменилось. Ничего не изменил и ты. Ну да это и не важно сейчас — давай-ка лучше разберёмся, что там было с этими феминистками из Швейцарии.

Даниил Юмашев
26 февраля, 09:00

Поделиться: