Жизнь

Три недели в Альпах

2850
Автор:
Ульяна Савостенко
28 апреля 2012 09:30
18+
Три недели в Альпах
Первый в моей жизни международный волонтёрский лагерь состоялся в Провансе, вдали от цивилизации, среди южных альпийских гор. Читаем и узнаём Францию и волонтёрскую жизнь изнутри.

Франция? Эйфелева башня, Лувр, парижская мода — всё это знакомо и привычно не сходит со страниц книг и мониторов. Я решила открыть для себя эту дивную страну по-другому. Международные волонтёрские лагеря — отличный способ путешествия для беспокойной молодёжи. 

Увлекательный, ведь смесь культур — это незабываемый коктейль.
Дешёвый: все затраты — это взнос за проект, виза и дорожные расходы.
Дружеский: после двух-трёх недель вам будут рады во многих уголках мира.
И очень добрый. Уезжая, волонтёры оставляют после себя завершённое дело на радость другим, будь то отреставрированная средневековая церковь, память о джазовом фестивале или, как у меня, парочка расчищенных тропок в горах.

 

11 сентября 2011 года

Вылетаю из сырой Москвы в Марсель. Буйное лето накрывает с головой! Брожу по узким улицам, мир — песочно-жёлтого цвета, узкие ставни домов закрыты, а мимо проносятся подростки на мотоциклах. Почти гетто.

«По четвергам открывают таверну, раз приезжал вечером цирк, а основной вид отдыха — прогулки по ближайшим тропкам на очередную вершину»

12 сентября 2011 года

Поезд увозит меня туда, где желтеют поля и высятся буйно зеленеющие Альпы. Вагоны полупусты, контролёр в тёмно-синей униформе и неизменном берете пробивает на моём билете озорную звёздочку. Меня затягивает лента пейзажей за окном.

После трёх часов пути прибываю на крошечную станцию в горной долине раньше времени встречи, поэтому сажусь отдыхать на скамейку и достаю книгу. Но уйти в неё мне не дают — в комнату ожидания заглядывает станционный смотритель.

Разговариваем о литературе. Обсуждаем Киплинга и Хемингуэя, спорим, можно ли воспринимать Пушкина в переводе. Нас прерывает Джером, местный волонтёр. С ним я отправляюсь дальше в своё путешествие.


13 сентября 2011 года

Итак, нас пятнадцать. Англичанин и англичанка, немец и немка, бельгиец, француженка и два француза, русская, две кореянки, серб и два албанца. Я, восемнадцатилетняя, — самая младшая. Большинство — студенты в поиске себя и приключений. Есть кому под тридцать, а то и больше.

Вечерами замечательно сидим у камина. Готовим по очереди; всё жду ужинов, когда все готовят национальные блюда.

15 сентября 2011 года

Работаем два дня подряд, а третий отдыхаем. Окрестили нашу волонтёрскую работу «экстремальным садовничеством в режиме реалити-шоу» и шутим про «рекламную паузу». Духа туризма — хоть отбавляй. Живём в старой деревушке в горной долине, где кроме нас — около сотни других волонтёров, и больше никого вокруг. По четвергам открывают таверну, раз приезжал вечером цирк, а основной вид отдыха — прогулки по ближайшим тропкам на очередную вершину.

Вот и ходим в горы. Так ходим, что только девять вечера, но все уже ползут спать после вечеринки с пиццей, что пекли на улице в огромной круглой печи.

Почти два часа поднимались по гравиевым дорожкам, лесным тропинкам и козьим тропкам. Думала, не осилю. Но после привала вошла во вкус.
Наверху дух захватило от красоты.


19 сентября 2011 года

Глобализация! Культурное поле — общее. «A thousand miles» Ванессы Кларкстон, например, есть на каждом плеере, проверяли. В общей комнате стоят колонки, там мы по очереди ставим свою музыку. Песни то и дело узнают. Одни и те же любимые сериалы, фильмы и книги. Все понемногу начинают говорить на разных языках.

22 сентября 2011 года

Переезжаем в палатки на сорок миль к югу. Селимся по двое. Моя соседка, миниатюрная и шумная француженка Орели, надувает бицепсы, обещает меня защищать и смеётся. Она практически совсем не знает английского, а я — французского. Объясняемся, как обезьянки, и неплохо друг друга понимаем. Жесты, мимика и улыбки — всё, что требуется!


23 сентября 2011 года

Ложимся спать рядком под открытым небом. Чем плотнее, тем теплее будет ночью. И смотрим, как над нами постепенно загораются звёзды и проступает Млечный путь. Вдали от цивилизации небо бездонно.
Утром спорим, кто храпел.

27 сентября 2011 года

О, зачем же я рискнула накормить борщом четырнадцать человек, очень голодных после рабочего дня под солнцем! Я никогда в жизни его не готовила! Переживаю, вдруг будет мало и невкусно?

Со мной дежурит кореянка. Она ахает при виде моих красных рук: никогда в жизни не видела свёклу! Мы на глаз взвешиваем картошку. Натираем горы капусты. Варим и режем мясо. Не забываем про чеснок и морковку.

Сторожу варево в огромной кастрюле, запихиваю вылезающую капусту обратно и уже не переживаю, что выйдет мало. Снаружи раздаются голодные вопли, уже два часа ждут ужин. Караулю момент, когда поблизости никого нет, складываю руки в молитвенном жесте и беззвучно кричу в потолок: «Господи, пожалуйста, пусть это будет съедобно!».

Через пять минут у содержимого кастрюли появляется вкус дивного борща. Ура! Радостно пляшу, бегу звать народ к столу.

«Сорок минут автородео по кочкам вдоль обрывов (за три недели привыкаешь), и мы у бесподобно красивого озера, как будто сошедшего с открытки»

28 сентября 2011 года

Рано утром выезжаем в сумрачный туман, в котором и всадник без головы отморозил бы себе нос. В деревушке — месте назначения — завтракаем выпечкой и пьём чай-кофе в это пресвежее утро.

Потом ребята берут напрокат горные велосипеды и отправляются покорять самую высокую вершину Европы. С запасом орехов, шоколада и энергетических напитков. А мы, оставшиеся, отправляемся в сердце гор. Сорок минут автородео по кочкам вдоль обрывов (за три недели привыкаешь), и мы у бесподобно красивого озера, как будто сошедшего с открытки. 

Там — национальный парк, тихая долина с речкой-ручейком, валуны ледникового периода, разбросанные по мягкой траве и зелёные от лишайника; ясное-ясное небо, упрямо жаркое сентябрьское солнце, смешанное с холодным воздухом, и даже лесные иголки — мягкие, потому что все деревья — лиственницы.

После встречаем ребят. Они всё хвастаются, усталые. Пять часов крутили педали вверх, сорок пять минут не крутили педали вниз. Во время безумного похода встретили лишь одиннадцать машин. Вся трасса принадлежала им!

29 сентября 2011 года

Всё ещё доедаем борщ. Поём любимых Битлз, Мадонну и Квин. Пакуем вещи. Устраиваем международный футбол под регулярный бой часов на церкви неподалёку.


30 сентября 2011 года

Едем на побережье, к морю! Не в сам Марсель, а в чудные места подле него, Calanque d'En Vau. Купальный сезон будет официально закрыт, а так жаль...


1 октября 2011 года

Вот и всё, наш блистательный лагерь подошёл к концу. Тоскливо, что вряд ли мы ещё когда всеми соберёмся. Остаётся лишь планировать визиты в гости и проекты на следующее лето.

«Я полюбила французские сыры, самые мягкие из них. Те, что «покрепче», под силу любить только французам»

Что же я увезу с собой из Франции, помимо ярких воспоминаний? Что во мне поменялось?

Я полюбила французские сыры, самые мягкие из них. Те, что «покрепче», под силу любить только французам. Набрала в тетрадку множество рецептов а-ля «пальчики оближешь». Могу пилить и работать секатором где-нибудь на крутом склоне. И покупать железнодорожные билеты, объясняясь лишь жестами. Где-то растеряла все языковые барьеры. 

Мир стал как будто шире и вместе с тем уютнее и теснее. Пора прощаться с альпийскими рассветами и готовиться встречать октябрьский Воронеж. Когда тебя ждут друзья и в Лондоне, и в Сеуле, расстояния — уже такие, по сути дела, мелочи!

Рассказывайте о своих путешествиях!

Поделиться: