Новости
В Воронеж привезли целый автобус редких детских книг
Кто придумал магазин в автобусе, какова его миссия и какую добрую литературу нужно обязательно давать читать детям.

Автобус-путешественник ездит по стране и привозит в регионы современные редкие книги для детей и не только. 3 апреля состоялся второй и не последний визит «Бампера» в наш город. Необычное пространство, уютная атмосфера, люди с блеском в глазах, и много-много самых разных интересных книг!

Задача «Бампера» — познакомить с современными редкими детскими книгами, донести до читателей других городов новую, малоизвестную литературу. Организаторы работают в основном с небольшими издательствами, продукция которых расходится в Москве и Подмосковье. При этом стоимость книг довольно низкая. Прошлым летом в Воронеже автобус работал с библиотекой им. С.Я. Маршака возле парка Танаис, сейчас гостил по приглашению библиотеки им. Андрея Платонова.

Координатор проекта Ирина Мызникова:

— Мы ездили по приглашению в Краснодарский край, катались по станицам целую неделю, сейчас возвращаемся из тура домой в Москву. Честно говоря, не собирались заезжать на этот раз в Воронеж, но нас очень попросили. У людей есть привычка — читать старые добрые книги, а ведь сейчас много хороших современных, которые не все знают. Когда-то я открыла для себя книжное издательство «Самокат» — несколько лет назад зашла в «Библиоглобус», большой магазин в Москве, и откопала где-то глубоко несколько очень странных книг, непохожих на те, которые я читала в детстве. С этого момента стала задумываться, что есть другие издательства и другой взгляд. Всё началось с мечты Анны Тихомировой, руководителя и идейного вдохновителя. Взяли автобус в аренду, вынули сиденья, поставили полки, книги. Сейчас наша мечта — сделать много таких автобусов и больше путешествовать!

Традиционно «Бампер» проводит мероприятия для библиотеки, познавательные программы для детей, мастер-классы, встречи с писателями и другими интересными людьми. В этот визит крупного события не организовывалось, команда действовала спонтанно, по ситуации. Сегодня, например, зашла группа маленьких деток из детского сада, все сели в кружок, смотрели и читали книжки, ушли очень довольные.

Новости
Чего не хватает в Воронеже? Часть первая. Пространства и их оснащение
За последние несколько лет наш город заметно изменился, «виной» тому и достойное руководство регионом, взявшее под контроль немало затянутых реконструкций, и новая созидающая прослойка молодых людей.

Прогрессивное движение в городе по разным направлениям заметно невооружённым глазом: городские барахолки европейского шаблона и парковые зоны не по советским стандартам, iPad-кафе и троллейбусы с бесплатным Wi-Fi. Но это лишь малая часть того, что можно воплотить в жизнь, используя мировой и столичный, в частности, опыт. Итак, пространства, жизненно необходимые и желательные.

Хостелы (англ. hostel — «общежитие»). Город, который без зазрения совести зовут «городом студентов», который ежегодно посещают сотни иностранных студентов по обмену, на сегодняшний день не в состоянии организовать им достойный быт. Попадая в местные реалии, гости столицы Черноземья пребывают в культурном шоке. Простейшее и одновременно функциональное внутреннее обустройство, организация единого досугового центра с доступом в Интернет и литературой, поддержка необходимых санитарных требований при удобном расположении относительно городских активностей — и хостел готов!

 


Коворкинг-пространства (англ. co-working — «совместно работающие»). Фрилансеров, которые не в состоянии оплачивать аренду полноценного рабочего пространства, дающего возможность оперативно работать и делиться полученным опытом и информацией, — достаточно, а мест, где можно их разместить, нет. Суповой набор стандартного коворкинг-пространства прост и весьма подъёмен, только инвесторов, по-моему, не сильно интересует человеческий ресурс как таковой.

 


Независимые галереи. Государственные художественные галереи, помимо того, что имеют высокие требования к презентации работ, не всегда сами в состоянии ответить техтребованиям современной экспозиции. А город, изобилующий современными художниками, просто нуждается в уютных выставочных пространствах, будь то арт-лофты на месте бывших промзон или свежевыкрашенные стены современного бизнес-центра.

 

Комисcионные магазины. Прекрасное наследие советского устройства с выписками вместо чеков и дамами в чепчиках. Возможность купить уникальные подержанные товары из любой категории в сносном качестве — это настоящая благодать в эпоху повального массмаркета. Колоритные «комисcионки» в самых густонаселённых районах города составили бы достойную конкуренцию поднадоевшим секонд-хендам.

 


Оборудованные места для инвалидов. Несколько специальных WC-зон и подъездов к торговым центрам — это уровень страны третьего мира. Как минимум стоит снабдить входные группы пандусами и съездами по техническим требованиям, увеличить некоторые двери лифтов в общественных местах для колясочников.  

 


Уличные зоны Wi-Fi free. Улочки и проспекты, скверы и парки были бы куда приятнее и функциональнее, если бы имели точки доступа бесплатного интернета. Страшно представить, сколько ещё созидательных проектов родилось бы на свежем воздухе с видом на зажигающиеся огни Левого (Правого) берега!

 


Велодорожки. Это существенная на сегодня необходимость на дорогах, где, к сожалению, пешеходы и автомобилисты усиленно не соблюдают ПДД. Велосипедистов в Воронеже по минимальным подсчётам около 1000, и, что удивительно, торговые центры оснащены велопарковками, а на дорожки нет даже намёка. 

 


Оборудованные прибрежные зоны. Водоём в центре города — это ответственность. И пусть Воронежское водохранилище практически не пригодно для водных процедур, но общедоступные прибрежные зоны напоминают последствия техногенной катастрофы. Очищенный пляж в городской зоне, оборудованный всем необходимым для времяпрепровождения, может стать местом паломничества активно отдыхающей молодёжи и прочих неравнодушных.

 

Современные библиотеки. На сегодня в сети можно найти практически любое издание, но для серьёзной научной или исследовательской работы всё равно встаёт необходимость идти в библиотеки, которые кажутся законсервированными выплесками бюрократических прелестей. Библиотека — это уникальный источник информации, она должна работать и отвечать современным требованиям, а не собирать пыль. 

 

Контейнеры для сортировки мусора. Общество потребления просто обязано должным образом утилизировать свои же результаты деятельности. Безусловно, с русским менталитетом эта «европейская блажь» нескоро приживётся, но попробовать стоит. Идея утопична по своей сути, потому как даже в центре города количество обычных урн заставляет мусор нести в кармане.



Этот текст — отнюдь не пустозвонная критика или нытьё по поводу сложившейся ситуации. Это скорее призыв. Начать своё дело на платформе преобразования городской структуры — что может быть благороднее, да и прибыльнее?

А каких пространств не хватает, по вашему мнению, Воронежу?

Город
Американская мечта. Профессиональные фитнес-советы к весне
Персональный тренер fitness-spa-beauty клуба «Три богатыря» Марийка Быкова делится с нами секретами успешной тренировки для девушек и даёт экспресс-программу для похудения.

На дворе уже второй месяц весны, погода нас дразнит солнцем вперемешку со снегопадами, но мы-то знаем, что лето впереди. А это значит, что скоро можно будет надеть любимое платье или ту самую юбку, которая была старательно куплена несколько месяцев назад с вдохновляющим возгласом «на весну!» Но далеко не все девушки ждут наступления тёплого времени года с лёгкой душой. Зима, как ни крути, — «время хомячков», и почему-то именно долгими зимними вечерами хочется баловать себя конфетами и печеньем. А весной… А весной мы должны избавиться от этого тяжкого груза, иначе и быть не может!

Как сделать это максимально эффективно и безболезненно для нашего организма, рассказывает Марийка Быкова — персональный тренер, сертифицированный американским советом по упражнениям ACE и ассоциацией профессионалов фитнеса г. Москвы. Читаем и вдохновляемся на поход в финтес-центр!

   

— На дворе весна, мы уже готовы сбросить тёплые вещи, надеть каблуки и лёгкие платья. Чувствуется ли наплыв посетителей в спортивные залы?
— Безусловно, мы замечаем, что в залах стало заниматься гораздо больше людей. Сейчас это связано с весной, до этого пик посещаемости был под Новый год. Это, конечно, не радостная статистика. Далеко не все люди ещё понимают, что необходимо поддерживать себя в форме круглый год и что спонтанное появление в зале за месяц до лета большого результата, конечно, не даст.

— То есть у нас всё-таки люди идут заниматься в спортзалы, когда приспичит?
— Про всех так, конечно, сказать нельзя, но есть определённый процент людей, которые ходят заниматься только тогда, когда не заниматься уже невозможно. В особенности девушки порой так и говорят: вот бы влезть в любимую юбку или платье.

Город
Гости города: Эдуард Николаев, победитель ралли «Дакар»
Вчера в Воронеже фанаты увидели легендарный грузовик, команда которого является десятикратным победителем международного ралли «Дакар», а мы тем временем взяли интервью у пилота.

Редакции Downtown.ru тоже удалось посидеть в кабине гоночного «КАМАЗа», уникального по проходимости, манёвренности и динамике, и пообщаться с пилотом — непосредственным победителем самой сложной в мире гонки, мастером спорта международного класса Эдуардом Николаевым.

— Как вы пришли в ралли?
— Раньше я занимался гимнастикой, а мой отец Валентин Николаев в то время уже являлся семикратным чемпионом России по багги. Я смотрел на него, и по генам, по крови меня больше тянуло к гайкам и ключам. И с 11 лет я начал заниматься картингом, достиг очень хороших результатов. На одних соревнованиях мне предложили попробовать себя в качестве механика в ралли. Но у меня была цель стать пилотом.

— Расскажите о ралли «Дакар».
— Это очень суровые и самые тяжёлые соревнования! Длятся 2 недели, протяжённость — 9 500 км. Ровно на половине имеется один день отдыха, но на самом деле это совсем не отдых, в этот день машина полностью перебирается, чтобы она стартовала как новенькая.

Красота
Как это было: Mercedes Benz Kiev Fashion Days
Один день в окружении fashion-одержимых Елизаветы Останиной на MBKFV. Кто такие Айван Родик, Юлия Paskal и Алла Костромичёва, читайте далее.

Я всегда хотела побывать на неделе моды. Идея поехать на Украину пришла довольно спонтанно — несколько знакомых, так или иначе связанных с фэшн-индустрией, позвали меня в гости. Я решила совместить приятное с приятным. На поезде без проблем доехала до Киева, где меня встретили, и, дав лишь пообедать, сразу повезли на Kiev Fashion Days. Официальное название этой недели — Mercedes Benz Kiev Fashion Days, чтобы не было отсылок к Ukrainian Fashion Week. И та, что проводят Mercedes, — более современная, интересная и своеобразная.

Неделя проходила в СК «Олимпийский», современном комплексе в стиле модерн. Не успев толком осмотреть фешн-пространство, я сразу же попала на показ Paskal. Чёрный, глубокие вырезы, элементы оригами, перья и кожа — с самого начала украинские дизайнеры создавали впечатление под знаком плюс. Особенно интересно оформление главного подиума и музыка — пение птиц, наложенное на house. Птицы оказались главными вдохновителями коллекции Юлии Paskal.

Попав в фэшн-пространство, я была поражена количеством стильно одетых людей на квадратный метр. Шикарные макси и платья сложного кроя, невероятные аксессуары и сочетания цветов — рай для любого стритстайл-фотографа, которых, к слову, там было не меньше, чем стильных людей. Фэшн-пространство представляет собой холл с инсталляциями, мини-подиумом, баром и точками продаж. Меня как будущего журналиста особенно привлёк стенд с огромным количеством журналов со всего мира, и я просто не могла пройти мимо последнего парижского Vogue. Из инсталляций особенно понравилась та, что у Саши Каневского, одного из самых популярных украинских дизайнеров, — это было этакое мини-шоу с «живыми луками-моделями» и диджеем.

Город
Саб-Зиро в гастрономе. Счастливые воспоминания о воронежском детстве
Первая порция воспоминаний о том, как проходило детство в ранних девяностых. Приставки, декапитация близ сосисок и невзрачная река-вонючка.

Некоторое время назад в сети активно обсуждали ролик, в котором куча дворовой детворы лазает по гаражам, висит на турниках, ковыряется в грязи и прочими изысканными методами удовлетворяет свои развлекательные потребности. Обсуждение, понятное дело, сводилось к тому, что, мол, вот это, конечно, и есть взаправдашнее детство, а не пластиковый суррогат, которым оно подменилось в наши глубоко бездуховные времена. Вполне ожидаемо досталось «приставкам», «американскому кино», «интернету» и всему остальному, что традиционно зачисляется консерваторами в список «погубившего детство наших детей». Палка, лужа и разодранный мячик — вот, как выяснилось, залог вызревания здорового, полноценного гражданина.

В попытке постичь причинно-следственную связь между визитами в виртуальные Содом и Гоморру и обращением в приличного человека, я, разогнав накопившийся за годы жизни туман, обратился к глубинным слоям собственных воспоминаний. Нашёл там мячик, палку и лужу и уже было успокоился, сочтя себя официально полноценным гражданином, как вдруг обнаружил целые склады презабавной ерунды. Осознавая себя уникальной человеческой единицей, тем не менее, я склонен предположить, что у большинства моих воронежских ровесников, то есть людей, чьё осознанное детство пришлось на конец 80-х и 90-е, всё было примерно так же…

В те невыносимо далёкие дни эталоном технологического развития служила игровая приставка. Мне сложно подобрать среди завала нынешнего хайтека что-то, что могло сравниться с ней по степени желанности. Компьютер тогда представлялся неким крайне сложным прибором, предназначенным для удивительно бесполезных вещей. Как сейчас помню своё великое разочарование от взятых в детской библиотеке компьютерных книг: в одной подробно расписывалось, как программировать на языке Лого (в описании обещали игры с черепашкой), в другой — совсем уж безответственно учили, как на Бейсике переводить температуру по Фаренгейту в Цельсия. Другое дело — приставка, с ней всё было просто и легко, засунул в отверстие картридж, и давай, вперёд, дави черепах, жри приведений, грабь караваны. Счастливым обладателям богатых родителей приставки дарили на дни рождения и новые годы. Этот подарок магическим образом обращал даже самых затырканных изгоев в повелителей двора.

В американских школах — так, во всяком случае, нас учат молодёжные комедии — существует стратификация на основе популярности. Вот футболист и местная звезда, вокруг него всё время кружатся подпевалы, подхалимы и прочие субъекты, надеющиеся, что исходящий от героя свет популярности оставит на их бледной коже лёгкий загар. В годы моего детства точно так же вились вокруг счастливых обладателей приставки. И когда обладатель снисходил до того, чтобы пригласить тебя после уроков в гости — это становилось величайшим счастьем и невозможной радостью.

Новости
Звездные воины Воронежской обсерватории
Если верить восточным философам, звёздное небо — третья вещь, на которую можно смотреть бесконечно. Обитатели Воронежской обсерватории знают об этом не понаслышке.

Доцент факультета физики ВГУ, астроном Владимир Нилович Расхожев пытается сделать то, что не подвластно обычному человеку — понять вселенную.

Астроном не даёт интервью и крайне не настроен на общение с журналистами. С ним невозможно договориться о встрече, но мы получили от него интересную информацию и ценные фотоматериалы из космоса, сделанные именно в Воронежской обсерватории.

— А как у нас в целом обстоят дела с астрономией в Воронеже?
— Не могу сказать, что плохо. Если пустить клич по «своим», человек 50 точно наберётся. Есть у нас ребята, занимающиеся наблюдениями, любительское объединение. У них хорошее, качественное оборудование и есть энтузиазм. Некоторые участники — выходцы из нашего научного общества.

— Там, наверху, наверное, телескоп? Всегда было интересно узнать.
— Да. Телескоп, который над нами, принадлежит Воронежскому государственному университету, а именно кафедре оптики и спектроскопии физфака. Когда я пришёл сюда работать летом 1993 года, он уже здесь стоял. Телескоп хороший, лучший в Черноземье, но стоит он в центре города. А в городе смог, дым, испарения. Так что только около 50-60 ночей в году у нас ясно. А где-то в мире есть места, где ясно все 365 ночей в году.

 
 
 
Еда
В «Яре» начался трюфельный сезон
Редакция Downtown.ru побывала в отеле ЯР на закрытой встрече клуба «Гурман» и узнала, какие изыски нас ждут в новом сезоне.

Городские ценители вина и кухонных изысков, члены закрытого общества «Гурман» уже шестой год устраивают закрытые ужины в ресторане отеля «Яр». Они обсуждают последние гастрономические новости и первыми дегустируют кухню нового сезона.

Шеф-повар ресторана Оксана Волкова со своим коллегой Матиаса Фуси Нелюско, шеф-поваром знаменитого Испанского ресторана Fishka, недавно вернулись из Прованса с «Недели чёрных трюфелей». Вдохновлённые свежими идеями и заморской кухней, они представили меню в лучших традициях этой местности.

  • Справка: трюфель чёрный, или перигорский (лат. Tuber melanosporum) — самый ценный и дорогой из всех известных съедобных грибов. Растёт в лиственных лесах с известковой почвой на глубине от нескольких сантиметров до полуметра.
    Наиболее распространён во Франции, центральной Италии и в Испании.
Новости
«Факел». Обречённый на подвиг
Чтобы сохранить Воронежу прописку в Футбольной национальной лиге, подопечным Константина Сарсания в ближайшие два месяца необходимо сотворить на заказ… настоящее чудо.

В первых двух турах третьего круга воронежские футболисты столь решительно взялись за дело, что их поклонники получили возможность поразмышлять о том, что «не боги горшки обжигают».

— Чтобы решить главную задачу и остаться в первом дивизионе, нам необходимо победить в восьми матчах из десяти, — так оценивал расклад сил перед возобновлением весенней части первенства главный тренер «Факела» Константин Сарсания. — Шанс на спасение есть всегда, и надо обязательно брать свои очки. Многое здесь будет зависеть от везения, но моральное состояние у наших игроков очень хорошее.

Два первых поединка, которые состоялись в Химках, подтвердили самые оптимистичные прогнозы. «Факел» пополнил клубную копилку полновесными шестью очками. Сначала на искусственном газоне подмосковного стадиона была повержена местная команда (3:1). Затем воронежцы в роли хозяев — из-за неготовности поля на Центральном стадионе профсоюзов первую домашнюю игру перенесли на «Арену Химки» — одолели красноярский «Енисей» (1:0).

И теперь от спасительного 15-го места «Факел» отделяют какие-то 8 очков. Для сравнения — ещё неделю назад отставание исчислялось 12 очками. «Да мы такими темпами не только всех догоним, но и перегоним», — торжествуют оптимисты. И вполне имеют на это право. Как минимум до 7 апреля, когда состоится очередной поединок на выезде, на этот раз в Астрахани. Что ни говори, а для «Факела» теперь каждый тур проходит под девизом: «Либо пан, либо пропал».

Впрочем, прагматичные аналитики даже после успешных начинаний воронежских футболистов в новом году далеки от эйфории. Русские, как известно, горазды на героические свершения… после того, как сами себя загнали в безвыходное положение. В строгом соответствии с данным постулатом «Факел» весь 2011 год с упорством, достойным лучшего применения, барражировал в сторону турнирного тупика.

Достаточно сказать, что в 37 матчах прошлого года подопечным Сарсания удалось одержать в первом дивизионе всего 4 (!) победы. Получается, что теперь на дистанции в четверть короче необходимо повысить показатель эффективности чуть ли не до 80 процентов. И это в то время, когда даже претенденты на выход в премьер-лигу едва дотягивают до отметки в 63 процента. Как ни крути, а превышение лидерской нормы вчерашним аутсайдером на два десятка пунктов — это очень круто.

Новости
Неземная художница Lora Zombie и её grunge art
Неординарное интервью с неординарным художником.

Она какая-то неземная. За нетривиальной внешней красотой стоит неиссякаемый талант и здравое отношение к действительности. Lora Zombie уже два года как переехала из Воронежа в Петербург, но это не мешает нам гордиться ей по полной. Без академического образования, но с отменным вкусом и прекрасным чувством юмора, Lora Zombie своими работами покоряет абсолютно каждого. В данном случае было бы бессовестно публиковать просто буквы в форме диалога, поэтому ответы на вопросы смотрите в графическом эквиваленте!

Город
История открытия: Первое в Воронеже билетное агентства «TicketОК»
Виталий Моргачёв первым в городе открыл интернет-продажи билетов на концерты и спектакли. История создания TicketOK — от идеи до успеха.

Городские новаторы придумывают то, что ещё не приходило в головы, делают то, чего никогда не было. Виталий Моргачёв рассказал о своих достижениях, о работе и о собственном бизнес-проекте, который придумал, будучи ещё студентом второго курса ВГУ. Проект, который не приняли в 2007 и без которого не обойтись в 2012.

Виталий Моргачёв, руководитель билетного агентства  TicketOK.ru:

— Я начинал свой бизнес «на коленке», и к нему были посылы. Ещё во время учёбы в университете мы с другом делали крупные концерты в Воронеже. Самый первый — «Каста». Это был прорыв, было невероятно интересно. На тот момент я учился всего на втором курсе. Потом были Земфира, Гришковец, Найк Борзов, Lumen. Если вы думаете, что все концерты в финансовом плане были удачными, то вы ошибаетесь. Но это был ценный опыт.

Очевиден и мой интерес к билетному бизнесу. Идея моего сегодняшнего главного проекта возникла тогда же, на втором курсе. Толчком послужила поездка в США. Там, чтобы попасть на концерт, не нужно стоять в очередях за билетами, потому что всё продаётся в Интернете. Это очень удобно, а в России этого нигде не было, разве что в столице.

В 2006 году, когда вернулся, подумал — крутая идея. Но тогда это была просто идея. До реализации прошёл ещё год.
Был момент, когда мне предложили заниматься сторонним интернет-проектом. Я сразу понял, что это не будет работать, и рассказал ребятам о своей идее открыть интернет-продажи билетов в Воронеже. Всем понравилось, я мог преподнести это особенно красиво. Ещё в 2007 году я понимал, что это перспективный бизнес!

Город
Воскресное чтиво: «Просто дети», Патти Смит
Патти Смит — «крёстная мама панк-рока». Её книга пробуждает жизнь в каждой клетке мозга, натягивает струны в самом старом «Гибсоне». Воздействие мемуаров невероятно: они заставляют мечты танцевать.

В 2005 году Смит наградили французским орденом искусств и литературы, а в 2007 её имя было включено в Зал славы рок-н-ролла. В 2010 году за свою книгу мемуаров «Просто дети» она получила National Book Award.

Фрагменты глав

«О Роберте сказано много, а будет сказано ещё больше. Юноши будут подражать его походке. Девушки будут надевать белые платья и оплакивать его кудри. Его будут проклинать и боготворить. Осуждать или романтизировать его крайности. В итоге правду о нем узнают через его творчество: произведения художника — это и есть его материальное тело. Тело, которое не чахнет. Тело, которое люди судить не властны: ведь искусство поёт о Боге и, по большому счёту, только Ему и принадлежит». 

* * *

Он умер, пока я спала. Я звонила в больницу, чтобы в очередной раз пожелать ему спокойной ночи, но он забылся, погрузился на дно, под толщу морфия. Я прижимала трубку к уху и слушала с того конца провода его тяжёлое дыхание, зная: слышу в последний раз.

Потом тихо разложила по местам свои вещи: блокнот, авторучка. Чернильница из кобальтового стекла — его чернильница. Моя чаша Джамшида, мое «Пурпурное сердце», коробочка с молочными зубами. Я медленно поднялась по лестнице, пересчитывая ступени, все до одной, насчитала четырнадцать. Укрыла одеялом малышку в колыбели, поцеловала спящего сына, легла рядом с мужем, произнесла молитву. Помню, как прошептала: «Ещё жив». И заснула.

Проснулась рано и, спускаясь по лестнице, осознала: его не стало. Полную тишину в доме нарушал только телевизор, не выключенный с вечера. Какой-то канал классической музыки. Какая-то опера. Меня словно магнитом притянуло к экрану в тот момент, когда Тоска горестно и пылко признавалась в страстной любви к Каварадосси. Утро было холодное: март. Я надела свитер.

Подняла жалюзи, и кабинет озарился светом. Расправила плотное льняное покрывало на своём кресле, выбрала на полке книгу — альбом Одилона Редона, раскрыла на картине с женщиной в море: огромная голова над водой, маленькое море. «Les yeux clos». За сомкнутыми бледными веками — никому не ведомый мир. Телефон заверещал, я встала, подняла трубку.

Звонил младший из братьев Роберта, Эдвард. Сказал: напоследок, как обещал, поцеловал Роберта от меня. Я застыла, где стояла, окаменела; потом медленно, сомнамбулически вернулась на кресло. И тут Тоска запела гениальную арию «Vissi d'arte». «Я жила ради любви, я жила ради искусства». Я прикрыла глаза, сложила руки на груди. Провидение само решило за меня, как мне с ним проститься.

* * *

Я родилась в понедельник, в Чикаго, на Норт-Сайд, во время Великой Снежной Бури 1946 года. 30 декабря. А надо бы днём позже: младенцы, которые появлялись на свет 31 декабря, прибывали из роддома с приданым — новым холодильником. Как мама ни силилась удержать меня в животе, роды начались прямо в такси, которое еле ползло по берегу озера Мичиган через снежную круговерть. Если верить отцу, я родилась тощая и долговязая и тут же заболела бронхопневмонией, и папа меня выхаживал, держа в клубах пара над тазом с кипятком.

В 1948-м, в дни новой снежной бури, на свет появилась моя сестра Линда. Я была вынуждена быстро оправдать надежды родителей на меня — старшую сестру. Мама была занята — подрабатывала, гладя на дому белье, а я сидела на крыльце дома, где мы снимали меблированные комнаты, и дожидалась последней в городе телеги с лошадью — повозки торговца льдом. Торговец дарил мне ледышки, завернутые в обёрточную бумагу. Одну ледышку я отложила в карман для сестрёнки. Потом полезла за ней — а ледышки-то и нету.

Когда мама была беременна в третий раз — ждала моего брата Тодда, мы покинули своё тесное жилище на Логан-сквер и переселились в Пенсильванию, в Джермантаун. Несколько лет прожили во временном жилье для военнослужащих и их семей — белёных казармах с видом на заброшенное поле, где буйно цвели полевые цветы. Мы называли поле Лоскутом, летом взрослые там посиживали: беседовали между собой, курили, пускали по кругу банки с вином из одуванчиков, а мы, дети, на поле играли. Мать научила нас играм своего детства: «Море волнуется», «Третий лишний», «Цепи-цепи, вам кого?». Мы плели венки из маргариток, носили их на шее, надевали на головы. По вечерам ловили банками светлячков, выдирали у них огоньки и делали светящиеся колечки.

 
 

* * *

В юности я здорово влипла. В 1966-м, в конце лета, я переспала с парнем, который был ещё младше меня, и мы с первого же раза зачали ребенка. Я пошла к врачу, но он не поверил моим тревогам: прочёл мне, слегка зардевшись, лекцию о менструальном цикле и спровадил. Но прошло несколько недель, и я осознала, что действительно беременна.

Я выросла во времена, когда секс и брак были абсолютными синонимами. Контрацептивы нельзя было купить просто так, да и я в свои девятнадцать была до наивности неискушена в вопросах секса. Наши ласки были такими скоротечными и нежными, что я даже сомневалась, увенчалось ли наше вожделение настоящим соитием. Но природа оказалась сильнее нас и оставила за собой последнее слово. От меня не ускользнула ирония судьбы: именно на меня, хотя я вообще не желала быть девчонкой и тем более взрослеть, свалилось это испытание. Природа сбила с меня спесь.

Возложить ответственность на парня — семнадцатилетнего, совершенно неопытного — было невозможно. Я должна была всё улаживать сама. Утром в День благодарения я присела на кушетку в постирочной комнате в доме моих родителей. В этой комнате я спала, когда летом работала на фабрике, да и в остальное время, когда приезжала из педагогического колледжа Глассборо, где училась. За стеной слышались голоса: мама с папой варили кофе, брат и сёстры, рассевшись за столом, пересмеивались. А я-то — старшая сестра, гордость семьи: поступила в колледж, учусь на медные деньги, сама себя обеспечиваю! Отец опасался, что замуж я по своей неказистости не выйду, и надеялся, что профессия учительницы станет для меня верным куском хлеба. Если я останусь без диплома, отец будет просто сражён.

Я долго сидела и глядела на свои руки, сложенные на животе. Парня я освободила от ответственности: он был точно мотылек, который силится выбраться из кокона, и я бы сама себя возненавидела, если бы помешала его неуклюжему рождению для большого мира. Я знала: парень мне ничем помочь не сможет. Но знала и то, что мне одной с младенцем не управиться. Я доверила свою тайну одному добряку-преподавателю, и он подыскал интеллигентную супружескую пару, мечтавшую о ребёнке.

* * *

Как-то раз в конце ноября Роберт вернулся с работы сам не свой. В его отделе «Брентано» продавались гравюры, в том числе оттиск с подлинной доски из книги Блейка «Америка: пророчество». Оттиск был на листе с водяным знаком в виде монограммы Блейка.

В тот день Роберт вынул этот лист из папки и спрятал на себе — засунул под брюки. Вообще-то Роберт обычно ничего не воровал — просто не мог, нервы у него были слишком слабые. Но эту гравюру присвоил, поддавшись какому-то внезапному порыву, — во имя нашей общей любви к Блейку. Под конец рабочего дня Роберт запаниковал: ему мерещилось, что кражу уже заметили и он разоблачен. Он шмыгнул в туалет, достал гравюру, изорвал в клочья и спустил в унитаз. Когда он рассказывал мне об этом, руки у него заметно дрожали. Он промок под дождем, с густых кудрей капала вода, белая рубашка облепила тело. Роберт был никудышным вором — совсем как Жан Жене, который погорел на краже рулона шёлка и редких изданий Пруста (По некоторым источникам, в 1941 году Жене украл рулон материи у портного, и тот погнался за ним. От портного Жене удрал, однако близ Нотр-Дам его сцапал букинист, у которого он ранее стащил книгу Пруста).

Да уж, два вора-эстета. Я легко могла себе представить, какой ужас, смешанный с чувством триумфа, испытал Роберт, когда обрывки Блейка, покачиваясь на волнах, уплыли в нью-йоркскую канализацию.

Мы взглянули на свои руки — руки, сцепленные вместе. Глубоко вздохнули в унисон, смиряясь с тем, что сделались соучастниками не просто кражи (это бы ещё туда-сюда), а уничтожения шедевра.

— И всё-таки хорошо, что он не достался им, — сказал Роберт.

— Кому — «им»?

— Всем, кроме нас с тобой.

Из «Брентано» Роберта уволили. Оставшись без работы, он убивал время, неустанно преображая наше жилище. Когда он покрасил стены на кухне, я так обрадовалась, что приготовила нам особенное угощение. Сварила кускус с анчоусами и изюмом и свой коронный суп из салата латука. Этот деликатес представлял собой всего лишь куриный бульон, украшенный листами салата.

Но вскоре уволили и меня. Я не взяла с покупателя-китайца налог с продажи очень дорогой статуи Будды.